Ты поймал меня в свои сети; я чувствую себя маленькой бабочкой, запутавшейся в паутине. Твой ласковый голос обволакивает меня; теплые руки, обнимая, заключают в кокон; твои поцелуи как клеймо - "моё, моя вещь, моя игрушка". Ты стал совсем взрослым, ты уже знаешь, как нужно обращаться с женщиной так, чтобы она стала марионеткой в твоих руках. И я признаю свою ошибку - признаю, что сдалась тебе еще в самом начале нашей порочной игры. Я обмякаю в твоих цепях, становясь такой безвольной, такой твоей. Ты поймал меня в свои сети, Лен; но знаешь, почему-то мне совсем не хочется из них выбираться.
Твой ласковый голос обволакивает меня; теплые руки, обнимая, заключают в кокон; твои поцелуи как клеймо - "моё, моя вещь, моя игрушка". Ты стал совсем взрослым, ты уже знаешь, как нужно обращаться с женщиной так, чтобы она стала марионеткой в твоих руках.
И я признаю свою ошибку - признаю, что сдалась тебе еще в самом начале нашей порочной игры. Я обмякаю в твоих цепях, становясь такой безвольной, такой твоей.
Ты поймал меня в свои сети, Лен; но знаешь, почему-то мне совсем не хочется из них выбираться.